Летопись Империи · глава 2 из 9

Вторая теваринская война

Как теварины через 57 лет вернулись за родной планетой, проиграли у Центавра и сгорели в её небе.

Через пятьдесят семь лет после поражения теварины вернулись за своей планетой. Их вождь Корат'Тал семь лет вёл войну без линии фронта, пока у Центавра его флот не попал в засаду штрафной эскадрильи, той самой, что потом прославилась как Squadron 42. На следующий день остатки флота сбросили тепловые щиты и сгорели в небе родного мира, а теварины после этого сами отреклись от своей культуры [1, 2, 3, 4, 5].

Огни над холмом

Аарон Фринг вышел погулять вечером 25 июня 2610 года, а все устройства связи оставил дома. Болезнь немного отступила, и ему нужно было проветрить голову [2, 6].

Он уже подходил к гребню холма, когда заметил в небе странные огни. Потом сквозь облака начали пробиваться первые корабли. Фринг смотрел, пока последний из них не развалился или не разбился [2].

Пятьдесят семь лет на чужбине

Первую войну с людьми теварины проиграли в 2546 году. Их родную планету, Калит, аннексировали Объединённые Планеты Земли, как тогда называлось государство людей. Победители заселили её, переименовали в Элизиум IV и вытеснили многих теваринов. Тех, кто ещё оставался на планете, силой выселили и расселили по лагерям и переселенческим посёлкам на всех человеческих мирах. Жить на родной планете теваринам запретили [1, 7, 8, 9, 10].

Судьбы уцелевших разошлись. Одних отправили в трудовые лагеря, другие растворились среди людей, третьи рассеялись по космосу. Вытесненные с родины теварины волей-неволей перенимали культуру победителей. И всё же воинский свод правил своего народа, Рийору, каждый теварин до конца Второй войны обязан был знать наизусть и мог прочесть по требованию [7, 11, 12].

Тем временем у людей сменилась власть. Ивар Мессер переименовал Объединённые Планеты Земли в Объединённую Империю Земли (UEE), а в начале 2547 года провозгласил себя Императором. С тех пор от его власти бежали противники, люди и теварины, и в системе Нул из таких беглецов и преступников выросла целая группа. Подавить её в 2571 году пришёл имперский авианосец UEES Olympus. Контр-адмирал, рассчитывавший отличиться и продвинуться по службе, приказал авианосцу самому гнаться за беглецами. Погоня кончилась тем, что Olympus разбился о планету Ашана, пятую в системе Нул. Позже в его обломках поселились те же беженцы-теварины, и разбитый авианосец стал поселением Olympus. Сам Ивар Мессер умер в 2592 году, и Императором стал его единственный сын Дикон Мессер II. Ему предстояло править до 2628 года и руководить Второй теваринской войной [8, 13, 14, 15, 16].

После Первой войны разбитые войска теваринов оказались рассеяны по дальним уголкам вселенной, и люди, уверенные в полной победе, решили, что угрозы больше нет. Они ошиблись. Пятьдесят семь лет эти войска провели на задворках обжитого космоса, и Корат'Тал, будущий военачальник теваринов, обратил это время себе на пользу. Он много торговал с другими народами, обновил технику теваринов, а военную стратегию перестроил с учётом причин первого поражения [1].

Корат'Тал был блестящим и харизматичным лидером. Он сумел объединить многих теваринов, которых Первая война разбросала по космосу, и вместе они собирались вернуть родную планету, Калит. Одной из главных причин, по которым он призвал их к оружию, многие называют недовольство запретом жить на родной планете. В 2603 году Корат'Тал вернулся во главе восстановленного боевого флота теваринов [4, 6, 7].

Флот из Банши

Огромный боевой флот прошёл скачковую точку из системы Банши и 15 февраля 2603 года вошёл в систему Фора. Военачальник теваринов Корат'Тал вышел в эфир на всех частотах и выдвинул требования. Он заявил, что теварины вернулись за Элизиум IV и что, если империя не уйдёт с дороги, он огнём проложит путь к дому предков [1].

Кроме Императора, в империи был и Сенат, собрание выборных представителей планет. Там обсуждали, как ответить теваринам, и некоторые сенаторы не решались начинать новую войну. Они советовали уступить планету и говорили, что положение теваринов заслуживает сочувствия. Спор оборвал Император Дикон Мессер II. Он приказал атаковать всеми силами и не уступать территорию империи. Так началась Вторая теваринская война [1, 14, 19].

Истребительная эскадрилья Squadron 36 на Gladius получила приказ идти на фронт уже через несколько часов после официального объявления войны. Её распределили по четырём эскортным авианосцам, которые прикрывали главные силы Императора. Корат'Тал повёл теваринов отвоёвывать систему Элизиум, и люди, жившие на Элизиуме IV, спешно взялись за оружие, чтобы защитить свои дома. В первых боях военные сильно недооценили теваринов и сразу понесли тяжёлые потери. Они ждали такого же противника, как в прошлую войну, а Корат'Тал за годы изгнания обновил технику и перестроил стратегию. Но и сил, и ресурсов у теваринов было меньше, чем в Первую войну, поэтому следующие семь лет они вели затяжную войну, в основном партизанскую [1, 5, 6, 10, 14, 20, 21].

Такого большого флота растущая империя ещё никогда не собирала, и его нужно было прокормить. Корабли и оружие для войны с теваринскими флотами делали центральные миры, а надёжный источник продовольствия нашли плановики. Экосистема Ритифа, второй планеты системы Бремен, отлично подходила, чтобы выращивать продукты долгого хранения. С началом войны флот обратился к этой аграрной планете, чтобы она помогла прокормить войска, и пошла в гору система Бремен, а особенно сам Ритиф. Крупные землевладельцы объединились в Bremen Mills («Мельницы Бремена»), и возглавил их фактический губернатор Арктур Кёрнер. Из-за спроса на военные пайки население Бремена за годы войны резко выросло, а Ритиф стал крупным центром производства продовольствия [24, 25, 26, 27].

Не всем война принесла такой подъём, как Бремену. Компания Casse Aerospace выпустила в 2604 году свой первый корабль, прогулочный Cosmo Sloop. Продавался он хуже, чем ждали, отчасти из-за войны, и в том же году его сняли с производства. После этого основатель компании Леонард Кассе переключился с гражданских проектов на военные [25, 28, 29].

Война без линии фронта

Корат'Тал не искал большого сражения. Он разбил флот на отряды тяжело вооружённых, хорошо защищённых кораблей. Они тихо проходили через системы и били там, где не было военных, часто по поселениям и гражданским судам вдали от фронта. Где теварины появятся в следующий раз, империя угадывала с трудом и растягивала силы всё тоньше. В Идрисе, чтобы система не пала снова, как в Первую войну, военные держали огромные силы, и Корат'Тал не раз посылал туда отряды-приманки, а сам бил в другом месте [4, 30, 31, 32].

Лобовые атаки ничего не давали, хотя кораблей у империи было больше. Теварины выстраивались «фалангой»: тяжёлые корабли-генераторы прикрывали строй щитами, и пробить такой фронт было почти невозможно. Обычное оружие гражданских судов его не брало [1, 32].

Флоту пришлось учиться на ходу. Теварины быстро поняли, что выгодно бить по медленным, плохо защищённым кораблям поддержки, и первые полгода Vulcan гибли чаще, чем ожидали. Aegis усилила им броню и добавила оборонительную турель, а флот стал отправлять их тройками под охраной истребителей. Истребители Gladius успешно дрались с теваринскими Talon, а корабли, которые прикрывала Squadron 36 на Gladius, за всю войну не получили ни одного попадания торпедой [20, 33, 34].

Воевали и на земле. Ополченцы в 2604 году заметили теваринов, шедших к Гипериону в системе Фора, где военных не было, но нападения так и не случилось. Командование заподозрило отвлекающий манёвр и тайно послало туда 6-й взвод морской пехоты. Взвод нашёл скрытую базу, и по перехваченным сообщениям выяснилось, что оттуда теварины планировали операции по всей империи. Под прикрытием бури морпехи взяли базу без единой потери, а захваченные сведения помогли сорвать многие атаки. С тех пор этот взвод зовут Phantoms («Призраки») [30].

Армия тоже отличилась. В вооружённых силах UEE это род войск, ведущий бои на земле. На перевале Корен на планете Крион ударная группа теваринов окружила армейский отряд на танках Nova. Шестнадцать часов танкисты держались против превосходящих сил, пока не подошла помощь и теваринов не заставили отступить [35, 36, 37].

В UEE морская пехота — отдельный род войск. За несколько десятилетий до войны её вывели из подчинения армии, и армия всё ещё не могла этого простить. В спорах она раз за разом приводила победу у перевала Корен как довод, что воевать с теваринами на земле должна она. Флот тоже не помогал: новых истребителей маленькому флоту морпехов он не давал и часто отправлял их в бой на старых кораблях. Случай показать себя выпал морпехам на планете Уриэль в системе Оберон. В середине апреля 2605 года теварины захватили там посадочную площадку и подземные ходы у завода квантового топлива. Военные опасались, что отсюда теварины будут бить по Веге и Бремену, а наихудшим сценарием стратеги считали союз теваринов с ксианами, с которыми у людей и так шла холодная война. Армия и флот считали захват уловкой, но генерал морской пехоты Расс Адачи вынес свой план на верховное командование, и после расчётов оно выбрало точечный удар силами морпехов. 24 июня на Уриэле высадился спецназ, обученный драться врукопашную с отборными бойцами теваринов. Морпехи уничтожили теваринов на пункте управления, но не смогли заложить все заряды, а корабль, прилетевший их забрать, отогнали теварины. Отрезанные от своих, они ушли в заснеженные горы, и аналитики оценили их шансы выжить в 3,8% [18, 39].

Военные не успевали везде, и вооружаться начали сами гражданские. Тайсей Джессоп едва уцелел, когда теварины напали на его конвой, и после этого основал компанию Talon Weapons Systems, которая делала ракеты и торпеды для гражданских кораблей. В системе Бремен тем временем росла преступность. Ветеран первой войны Филипп Латимор, которому было за восемьдесят, с началом новой войны пытался вернуться во флот, получил отказ и стал патрулировать систему сам. В 2605 году он уговорил Арктура Кёрнера, крупнейшего землевладельца на Ритифе, дать денег на ополчение Bremen Defense Force («Силы обороны Бремена»), и по примеру Бремена империя узаконила местные ополчения [32, 39, 40, 41].

К 2605 году командование понимало, что империя проигрывает. Корат'Тал держал отряды подвижными, армия и флот за ними не поспевали, а больше всех от этого страдали мирные жители. Флот пообещал выгодные контракты тому, кто справится с обновлёнными щитами «фаланги». Леонард Кассе, основатель Casse Aerospace, пересмотрел записи боёв и понял, что перегружать эти щиты бесполезно: основной урон теварины получали, когда их заставали врасплох. Сами они действовали вдвоём, пилот и оператор щита, и Кассе тоже посадил в свой корабль двоих, пилота и стрелка. Флот, к удивлению многих, выбрал именно этот проект. Так появился Hurricane, но пилоту и стрелку было трудно сработаться, и в бой новый корабль пошёл только в 2609 году. В том же году собрали истребительную эскадрилью Squadron 118, которая прославилась тем, что раз за разом первой попадала во врага, и получила за это прозвище Hare Triggers («Чуткий курок») [28, 29, 39, 42, 43, 44].

Теварины медленно продвигались от системы к системе, и даже победы флота не заставляли их отступить. Но война затягивалась, сил у теваринов становилось всё меньше, а восполнить потери им было нечем [1, 4].

Штрафная эскадрилья

Squadron 42 создали ещё в Первую теваринскую войну как дисциплинарную эскадрилью для проблемных пилотов. Они часто нарушали дисциплину и подводили товарищей, но флот вложил в их подготовку много времени и денег. Сажать их под арест или увольнять, пока они могут летать, считалось слишком расточительным, тем более в военное время. В прежние века на флоте таких протащили бы под килем, а теперь отправляли в эту эскадрилью и давали задания, слишком мелкие для обычных пилотов. На тогдашнем военном жаргоне такую часть называли «килевой» эскадрильей [1].

Нынешняя Squadron 42 служит во 2-м флоте, в 65-й боевой группе, и чаще всего её посылают на задачи, где требуется высокое мастерство. Славу эскадрилья начала завоёвывать в битве за Центавр, когда ею командовала капитан Александра Данлеви. Данлеви была перспективным офицером с острым аналитическим умом. Но она назвала глупым план атаки прежнего командира, её признали виновной в неподчинении и после этого перевели командовать «килевой» эскадрильей [1, 45].

Сначала Данлеви пыталась вести её как обычную эскадрилью. Даже простые рейсы снабжения занимали вдвое больше отведённого времени, потому что пилоты препирались между собой и лихачили. Данлеви поняла, что нужен другой подход. С лётным мастерством у них всё было в порядке. В ранних рапортах Данлеви писала, что зачастую это одни из лучших пилотов, каких ей доводилось видеть. Способность к мгновенным решениям и уверенность в себе делали их отличными пилотами, но из-за тех же качеств они часто противились традиционной флотской субординации. Чаще всего за это они и попадали в эскадрилью [1].

На пробу Данлеви не стала давать пилотам ни маршрута, ни плана и назвала только место, где забрать груз. Рейс закончился на несколько часов раньше, чем она рассчитывала даже по самой смелой оценке. Так подтвердилась её догадка, что Squadron 42 выполнит что угодно, если не важно, как именно. Разглядев таланты пилотов, Данлеви стала давать им свободу решать самим, и за этим последовала череда успехов. Однако эскадрилья всё ещё была малоизвестной и базировалась на авианосце UEES Countenance, а сама Данлеви подчинялась адмиралу Тибо Фрейзеру, чьим флагманом был этот авианосец. Оставалось убедить адмирала в ценности эскадрильи [1, 45, 46].

Битва за Центавр

После семи лет затяжных боёв война докатилась до системы Центавр, в одном скачке от родной планеты теваринов. Корат'Тал привёл туда флот 24 июня 2610 года, и началась битва за Центавр, последнее сражение Второй теваринской войны. Ему нужна была скачковая точка в систему Элизиум, где и находилась эта планета. Флот UEE это знал, заранее стянул основные силы к скачку и выставил там заслон [1, 46].

Корат'Тал не дал втянуть себя в позиционный бой. Он разделил силы и ударил по населённым районам на планетах Яр и Сайсей. Было ясно, что эти удары должны отвлечь флот на защиту населения. Но мирные жители несли тяжёлые потери, и флоту пришлось нарушить строй. Большинство авианосцев флот увёл отбивать атаку, а у скачка оставил небольшой отряд, в том числе авианосец Countenance. Историки часто называют поворотным моментом битвы решение оставить у скачка именно его. О причинах этого выбора до сих пор ведутся академические споры. Точно известно лишь, что выбор пал на него не из-за Squadron 42, которая на нём базировалась [1, 46].

Вскоре после того, как начались удары по Яру и Сайсею, у капитана Данлеви появился случай доказать адмиралу Фрейзеру, чего стоит её эскадрилья. Countenance и другие оставшиеся у скачка авианосцы выстроились прямо на пути теваринов, чтобы встретить их неизбежный прорыв стеной огня. Данлеви уже видела такую тактику. Возможно, стена задержала бы теваринов, пока не вернутся подкрепления, но флот заплатил бы за это большими потерями, а щитовая линия теваринов уберегла бы их корабли от большей части урона. Снова вышла бы ничья, и война продолжилась бы. Данлеви не верила, что такая оборона сработает, и считала, что лучше отдать скачок [1, 46].

Данлеви убедила адмирала Фрейзера изобразить отступление под огнём подходивших теваринов. Незадолго до смерти Фрейзер дал интервью, и его спросили, почему он согласился с её планом. Подумав, он ответил просто [1, 46].

«Я устал»

— адмирал Тибо Фрейзер, в интервью незадолго до смерти

Оригинал: “I was tired”

Когда Корат'Тал подошёл к скачку, авианосцы медленно отходили под огнём теваринов. Увидев наконец цель, он приказал флоту идти в Элизиум. Но скачковая точка была слишком узкой, чтобы весь флот прошёл её разом, и на подходе теваринам пришлось растянуть привычный оборонительный строй [1].

Данлеви и её пилоты в это время дрейфовали в своих Retaliator с выключенными системами. Они прятались среди обломков и ждали, когда корабли теваринов окажутся вокруг них. Первый корабль теваринов уже готов был уйти в скачок, когда Squadron 42, действуя самостоятельно, включила системы и атаковала. Данлеви отдала пилотам простой приказ: выбить щиты [1, 45].

Пока корабли теваринов входили в скачок, их защита ослабла, и эскадрилья нашла в ней смертельную брешь. Теварины быстро выпустили истребители против врага, оказавшегося посреди их строя, но урон был уже нанесён. За эти несколько мгновений Squadron 42 сделала то, что никому не удавалось за семь лет войны [1].

Когда значительную часть обороны теваринов подавили, авианосцы UEE возобновили атаку в полную силу и уничтожили большинство их кораблей. Данлеви и её Squadron 42 получили благодарности лично от Императора. Раньше «килевой» эскадрилье поручали задания, слишком мелкие для обычных пилотов, а с этого боя она начала превращаться в самую прославленную эскадрилью в военной истории [1, 45, 46].

Мы умираем дома

После разгрома у Центавра Корат'Тал и его воины поняли, что им не справиться ни с войсками UEE, ни с вооружённым населением. Флот теваринов быстро таял, корабли гибли или сдавались. Корат'Тал мог сдаться или погибнуть от руки врага, но выбрал третий путь. Он приказал всем, кто остался ему верен, прорываться через заслон UEE к Элизиуму [2, 6].

Корат'Тал с горсткой кораблей прорвался и ушёл через скачок в Элизиум, но сил было слишком мало, чтобы отвоевать систему. За весь бросок к родной планете теварины потеряли ещё 70% сил, и всё же 25 июня остатки флота дошли до атмосферы Калита — тогда Элизиума IV, вскоре Джалана [1, 2, 6, 10, 46].

Жители планеты приготовились к атаке. Но вместо атаки Корат'Тал и его пилоты отключили тепловые щиты и нырнули в атмосферу. Аарон Фринг видел с гребня холма, как в небе горит флот теваринов. Пока корабли горели, устройства связи людей приняли последние слова Корат'Тала. Сам Фринг их не слышал, потому что вышел из дома без связи [2, 5, 6].

«Мы умираем дома, и мы умираем свободными»

— Корат'Тал, последние слова 25 июня 2610 года

Оригинал: “We die at home, and we die free”

Фринг смотрел, пока последний корабль не развалился или не разбился. Корат'Тал и его пилоты предпочли сжечь себя в атмосфере бывшей родины, и этим самосожжением закончилась Вторая теваринская война [2, 4, 46].

На следующий день Фринг начал картину «Tears of Fire» («Огненные слёзы») о последних мгновениях войны. Профессиональным художником он тогда ещё не был. Он родился 13 октября 2578 года в системе Феррон, в семье учителя Макса и пилота Мэри, а рисовать и писать красками научился ребёнком, когда болезнь Kilos' Malady приковала его к постели. Та же болезнь не пустила его вслед за матерью во флот, и Фринг стал полевым медиком UEE Expeditionary Force, экспедиционных сил империи. Служить его направили на эту планету, он полюбил её пейзажи и снова взялся за кисть. Днём он работал на небольшой медстанции, а ночью брался за краски и подолгу бродил по окрестностям, разглядывая пейзажи [2, 6, 47]. До «Tears of Fire» Фринг подавал надежды как пейзажист, но не произвёл впечатления на арт-сообщество [6]. Одним из главных образцов он называл искусство Земли эпохи романтизма, особенно свет и цвет «Чесменского боя» Айвазовского 1848 года. Копия этой картины висела у него в мастерской [2, 47].

Впервые «Tears of Fire» показала художественная галерея в Джемме. Этот город был столицей планеты ещё при теваринах и остался ею при людях. После этого дебюта Фринг стал профессиональным художником. Картина вызвала в UEE возрождение романтического стиля. Он писал пейзажи и батальные сцены и ещё не раз обращался к теваринским войнам. Портрет Корат'Тала он написал по голограммам и устным описаниям, и этот портрет известен тем, как в нём переданы дым и свет. В 2613 году Фринг говорил журналу Art Today («Искусство сегодня»), что точно изобразить миг, когда падал флот Корат'Тала, он не пытался. Он хотел передать само чувство этого мига. По его словам, для теваринов, для всего человеческого рода и для него самого это событие было очень сложным. «Так красиво и так грустно», — сказал он [2, 6, 48].

Фринг умер 11 ноября 2631 года, в 53 года, от осложнений Kilos' Malady. Через два года «Tears of Fire» включили в UEE Historical Vault for Antiquity, историческое хранилище империи, и из всех его работ туда попала только она. Сейчас картина висит в Национальной галерее Бентли на Джалане, и аудиогид галереи называет её одним из тех образов Второй войны, что дольше всего остаются в памяти [2, 6].

Чистка

Война кончилась в небе над Элизиумом IV, и в том же 2610 году Сенат UEE переименовал планету в Джалан [10, 46].

Теварины проиграли вторую войну подряд. Многие отреклись от Рийоры, воинского свода правил, потому что она так и не принесла обещанной победы. А самосожжение Корат'Тала и его пилотов побудило теваринов отказаться от культуры, которая их подвела, и полностью влиться в UEE. Сразу после войны они сами, по доброй воле, порвали с собственным наследием, и это движение называют Чисткой. Теварины уничтожали записи, сносили храмы и стирали все прочие следы прежней цивилизации. В Чистку погибла и эталонная книга с полным текстом Рийоры, где ради истории хранились фрагменты, которые в печатных изданиях исправили или опустили [3, 5, 12, 50].

Не пощадили и корабли. Уцелевшие в войне Prowler уничтожили в дни после поражения. Чистка разрушала всё подряд, и большинство теваринских кораблей пропало вместе с подробностями их устройства. Не стало и большей части записей. Теварины когда-то заселили Кабал III, планету в системе Кабал, и, как считается, ещё до первой войны с людьми разом её покинули. Люди нашли эту планету только в 2941 году, и без записей археологи до сих пор не знают, почему теварины ушли оттуда. Обряд лиорай после Чистки не проводили до 2947 года [51, 52, 53, 54].

Большая часть уцелевших записей о прежней жизни теваринов дошла до нас лишь потому, что вмешались люди и ксиане. Храм Рийоры на Джалане, одно из немногих религиозных зданий теваринов, которые остались после Чистки, тоже спасли люди. Вместо сидений в нём устроены просторные залы для тренировок. Теварины несколько раз пытались его разрушить, но храм отстояли ополченцы людей. Джемму, где он стоит, во время Чистки занимали люди, и без них храма бы не стало. Сохранить его решили даже Мессеры [3, 55, 56].

Империей, в которую теварины собирались полностью влиться, правили Мессеры. Для Императора Дикона Мессера II, правившего до 2628 года, Вторая война стала лучшим поводом напомнить подданным, зачем им решительная власть. За годы у власти он увеличил военные расходы, расширил полномочия Advocacy, межсистемной полиции империи, и повысил минимальные сроки наказаний. Ещё он добавил денег на освоение космоса и терраформирование, поднял налоги богатым и снизил бедным и среднему классу. Пока шла война, империи было выгодно, чтобы мирные жители держали оружие, и многие это одобряли. После победы это нравилось куда меньше. В конце концов UEE начала расследование против Talon Weapons Systems, той самой компании, что делала ракеты для гражданских кораблей. После войны Дикон Мессер II полностью перестроил подготовку морской пехоты. Её основой стали тактика планетарного вторжения и психологическая обработка, а морпехам прививали воинский кодекс, соответствовавший тому образу империи, который хотел видеть Император [5, 14, 32, 41, 57, 58, 59].

После Чистки большинство теваринов влилось в UEE, а крошечное меньшинство исчезло в неизвестных областях космоса. Но и в империи они словно потеряли цель и плыли по течению. Одни пытались принять власть, которая предлагала им ассимиляцию, но большая часть впала в уныние и сменила свой воинский кодекс на дешёвую работу вышибал. Многие хотели лишь, чтобы их оставили в покое. Активист Ясал Гор говорит, что районы для расселения теваринов по UEE после войны строили в неудобных местах, далеко от правительственных и культурных центров и часто без общественного транспорта. Он связывает это с веками антитеваринской политики Мессеров, последствия которой, по его словам, видны до сих пор [3, 50, 60].

Со временем многие теварины всё же прижились в империи, а другие держались от UEE подальше и основали обособленные анклавы в малолюдных местах. Газета Terra Gazette писала, что поколения теваринов росли, отвергая старый уклад, но и UEE своей родиной не считая. Их культура, по словам газеты, зависла между прошлым и настоящим, не обретя нового лица. Династия Мессеров в конце концов пала, и уже после её падения Император Той разрешила теваринам вернуться на родную планету, но согласились немногие [7, 9].

Теварины сегодня

Небольшая группа теваринов, которые не хотели жить в UEE, в начале 2900-х годов обжила оставленные геодезистами постройки на Брано II. UEE не стала осваивать систему Брано, и теварины перебирались туда годами. Судя по всему, никто не организовывал это переселение. Вокруг первых построек вырос город Нэр. Теваринов там большинство, и со временем город стал главным торговым узлом планеты. Его название — искажённое «now'er», что на жаргоне Каткарта значит «нигде». Каткарт — ничейная система, где изгои и бродяги живут в сцеплённых брошенных кораблях. Некоторым теваринам, любителям одиночества, даже Брано II кажется слишком людным, и они живут на крупных астероидах пояса Брано [50, 61, 62, 63, 64].

Тогда же, с началом XXX века, среди теваринов стало расти движение за возрождение прежней культуры и языка, и с 2930 года ноябрь в империи считается месяцем наследия теваринов. А в 2946 году теварин впервые прошёл в Сенат [3, 65, 66, 67].

Судж Косси родился в 2900 году в холмах под Джеммой, в семье, которая жила грабежом. Родители и жившая с ними родня обчищали дома и аванпосты, и среди первых его воспоминаний — перестрелка у них на кухне. С десяти лет он ходил с ними на налёты, где риск был невелик, а с пятнадцати брался и за дела опаснее. В 2919 году Косси потерял старшую сестру. Налёт на водяную ферму под Недилой кончился перестрелкой, в которой погибли его сестра Феф Русфа и все три фермера. Потом выяснилось, что оборудование на ферме уже несколько месяцев не работало и красть там было нечего. Косси ушёл из семьи и записался в армию UEE [7, 67].

В армии, говорил потом Косси, он почти наверняка не встретил бы никого из родни. Шесть лет он служил с отличием, в 2925 году стал сержантом, и вскоре его отобрали во флот учиться летать. Потом он летал чинить сенсоры, пока в 2928 году в системе Оберон обычный вылет не прервал внезапный налёт вандулов. Косси заслонил кораблём трёх техников, которыми командовал, и спас их. Его самого тяжело ранило, и шестнадцать месяцев он провёл в реанимации. За это он получил Medal of Valor, военную награду за доблесть, а с ней почётную отставку и гражданство, которое в UEE есть не у каждого [7, 67, 68].

В мирной жизни Косси занялся политикой. В городской совет Джеммы, где решают дела города, он в 2933 году не прошёл, а в 2937-м избрался с программой равенства в жилье. О том, что идёт в Сенат, Косси объявил в 2944 году у храма Рийоры. Многие теварины, по его убеждению, так долго жили в гневе и стыде, что ничего другого уже не знают. Культуре теваринов пора снова подняться, сказал он, но уже такой, какими теварины стали теперь. Теварины — члены UEE, напомнил он, и пора вести себя соответственно [7, 67].

Косси и после отставки числился в резерве флота. В январе 2946 года он на неделю приостановил кампанию, чтобы явиться на сборы резервистов. Штаб объяснял это нападением на Вегу II и сообщал, что всю неделю Косси будет учить пилотов чинить дальние сенсоры, вроде тех, что следят за скачком в Элизиум из вандульской системы Вангард. Объявил он об этом сразу после опроса, в котором его впервые обошла соперница, Габриэль Грасиан. Аналитики считают, что победу ему принесла именно эта неделя [67, 69].

Косси победил на выборах 3 мая 2946 года. Грасиан, занявшая второе место, признала поражение и назвала его великодушным и благородным соперником. Но уже 17 мая сенатор Йори Ко предложил поправку 27, по которой голосовать в Сенате мог бы только сенатор, рождённый человеком. Сенатор Мира Нго назвала поправку направленной против Косси. Поправка провалилась [65, 70].

Ведущая светской хроники уверяла, что месяц наследия теваринов в ноябре 2946 года больше похож на целый «Год теваринов». В пример она приводила победу Косси и шутила: «Чистка? Какая чистка?» Дом моды DeNoNo выпустил коллекцию в честь воинов-теваринов, а дизайнер Ралстон Надо, не проверив значения, нанёс на ботинки теваринские символы, которые означают «Я убил своего отца» [66].

В том же году в ток-шоу Plain Truth выступила Хайди Вернери, основательница аналитического центра EarthCentric («Земля в центре»), чья заявленная цель — сберечь «место человечества» в известной вселенной. Она говорила, что Рийора дважды толкнула теваринов на войну с людьми. Кто-то, добавила она, мог бы даже сказать, что закладывается почва возможной третьей теваринской войны [49].

Движение за возрождение культуры в последние годы вернуло популярность и самой Рийоре. В 2947 году в храме Рийоры в Джемме теварины провели древний обряд лиорай, который связывает их с предками и потомками. Его песнопения и движения исполняют, когда Джалан проходит самую дальнюю от солнца точку орбиты, а подробности обряда восстановили по новым записям с Кабала III. Участвовали в нём четырнадцать теваринов. Семь недель до обряда они жили вместе в общежитии в районе Семь Холмов, в нескольких кварталах от храма, и разучивали 98 поз и тонов. Несколько добровольцев из системы Брано учили группу готовить традиционные блюда теваринов. Завтракали все нариной, брикетами из молотых семян, зёрен и орехов, а на сам обряд надели лёгкие плетёные кольчуги кьяри [12, 51].

Об обряде рассказывает очерк одного из участников. Автору, выросшему на Борее, раньше не доводилось бывать на родной планете, и говорить на языке теваринов было непривычно. Возрождение для автора — способ найти своё место в обществе и быть одновременно теварином и гражданином. У храма стояли протестующие с плакатами вроде «Никогда больше» и «Сохраним Чистку». Одни из них были теваринами. Чистку после войны их народ устроил сам, и они считали, что прошлое должно остаться погребённым. Другие пришли из антитеваринской группы Nemesis («Немезида») [3, 51].

Теперь Императора, главу UEE, избирают голосованием. На выборах 2950 года та же Nemesis запугивала избирателей-теваринов в Лаго, в системе Нексус. Победила на них Лейлани Эддисон [60, 67].

По социальным и экономическим причинам многие теварины издавна были связаны с преступным миром, но теперь всё больше из них идёт на государственную службу. В Сенате Косси вёл программы, чтобы теварины чаще голосовали, выступал за более мягкие требования к гражданству, а вместе с Эддисон готовил законы, которые должны привлечь теваринов на государственную службу. Ки Джотал, которую администрация Эддисон поставила во главе Департамента транспорта и навигации, одного из ведомств правительства, стала первой из теваринов в кабинете Императора. Заявки на гражданство теварины стали подавать заметно чаще, а на выборах 3 мая 2952 года их сильная явка в некоторых частях империи удивила даже экспертов. Элизиум и Центавр избрали в местные органы власти рекордное число теваринов [11, 67, 68].

Корабли этой истории

• Esperia Talon — Реплика истребителя теваринов, которому люди дали имя Talon ещё в Первую теваринскую войну. Во Вторую войну с такими истребителями дрались Gladius империи.
• Esperia Talon Shrike — Ракетный вариант Talon: внутренние отсеки с ракетами усиливают тактику «ударил и ушёл». Galactapedia считает, что люди впервые встретили его в конце Первой теваринской войны, а промо Esperia — что его создали во Вторую.
• Esperia Prowler — Десантный корабль теваринов, который в обеих теваринских войнах стал символом их дела. После второго поражения уцелевшие Prowler уничтожили во время Чистки, когда теварины сами отрекались от своей культуры.
• Aegis Dynamics Retaliator — В таких бомбардировщиках пилоты Squadron 42 с выключенными системами ждали среди обломков флот теваринов, а потом выбили ему щиты. С этой засады у Центавра в 2610 году началась слава эскадрильи.
• Anvil Aerospace Hurricane — Hurricane придумали против щитов теваринов: Леонард Кассе по записям боёв понял, что теваринов бьют, когда застают врасплох, и посадил в истребитель двоих, пилота и стрелка. В бой первая модель пошла в 2609 году, за год до конца Второй теваринской войны.